Аудиторам не достичь договоренности
По словам экспертов, проект закона, который подготовил Минфин - о том, чтобы ввести уголовную и административную ответственность для аудиторов в случае выдачи заведомо ложного заключения, можно считать нежизнеспособным. При этом, уже завтра рабочим органом совета по аудиту при финансовом ведомстве запланирована его рекомендация к принятию. Если это случится, в Госдуме может оказаться законопроект, опираясь на текст которого, будет проблематично повышать ответственность аудиторов.
Во вторник, 11 апреля, решится судьба законопроекта, которым вводится уголовная и административная ответственность для аудиторов. Проект служит своего рода дополнением Уголовного кодекса и Кодекса об административных правонарушениях в виде статей об ответственности в случае подписания заведомо ложных аудиторских заключений.
Если посредством этого деяния был причинен существенный вред, подписавшее заключение лицо будет нести уголовную ответственность, если ущерб не был причинен — административную. За подобное преступление аудитора могут лишить свободы на срок до 3-х лет. При административной же ответственности подписавшему грозит штраф на сумму до 50 тыс. руб., если нарушила аудиторская организация — до 500 тыс. руб. Составлением протоколов об административных нарушениях будут заниматься "должностные лица органов исполнительной власти, которым переданы контрольно-надзорные функции в финансово-бюджетной сфере.
Согласно документации рабочего органа, подготовленной к заседанию, совету по аудиторской деятельности будет рекомендовано, чтобы он одобрил проект федерального закона.
И все же после того, как проект закона разрабатывали в течение полугода, эксперты сходятся во мнении, что он сырой и нежизнеспособный. В процедуре составления заключения участвует несколько аудиторов — тот, кто заключил договор, тот, кто его проверяет и проводит контроль качества и тот, кто подписал заключение. По словам заместителя главы "Финэкспертизы" Натальи Борзовой, противоправный характер действий можно обнаружить на любом этапе, с какой стати принято решение о привлечении лица, поставившего свою подпись под заключением? По мнению главы московской коллегии адвокатов "Международное партнерство" Татьяны Проценко, было бы правильно, если бы в таких случаях привлекали к ответственности за составление аудиторского заключения, а это можно сделать и сейчас. руководствуясь действующей статьей УК (ст. 202).
Термин "заведомо ложное аудиторское заключение" разъясняется только в законе "Об аудиторской деятельности", но возможно разное его толкование. По словам управляющего партнера АБ "Коблев и партнеры" Руслана Коблева, к нему можно отнести заключение, противоречащее содержанию документов, которые были представлены аудитору. А признание заключения как заведомо ложного возможно только в суде, а, значит, привлечение аудитора к ответственности возможно также только того, как суд признает ложный характер заключения.
Как считают юристы, формулировку о размере ущерба тоже нельзя назвать корректной. По словам Татьяны Проценко, проект содержит термин "существенный ущерб", а это оценочное понятие, не имеющее характеристики стоимости. И тут появляется необходимость в разъяснениях пленума Верховного суда — что считается существенным ущербом, а что не является таковым. И, по словам управляющего партнера "Ренессанс-Lex" Георгия Хурошвили, чтобы защитить интересы тех же аудиторов, было бы правильнее определять размеры ущерба, выражая их в конкретных цифрах, не дожидаясь, пока будут получены разъяснения пленума.
Юристы говорят о еще одном неоднозначном нюансе проекта закона. По словам Проценко, "заведомо ложное заключение" — всегда носит умышленный характер. Но если умысел имел аудитор, заключивший договор или проводивший проверку, но его не было у того, кто подписал заключение, то тогда и речи не будет ни о составе преступления, ни об административном правонарушении. А составление внутреннего регламента проведения аудита так, чтобы у аудитора, подписавшего заключение, априори не могло быть умысла, вполне реально.
К тому же, в проекте закона не учитываются последние изменения в надзоре за аудитом. По мнению Хурошвили, документ явно писали, рассчитывая, что надзорные функции будет по-прежнему выполнять Федеральное казначейство, являющееся органом исполнительной власти, имеющим право на составление протоколов о нарушениях. Но надзором будет заниматься ЦБ, не относящийся к органам исполнительной власти.
Юридические неточности, которых довольно много в документе, по словам представителей пресс-службы министерства, объясняются тем, что документ не прошел стадию согласования между различными ведомствами. Но, по словам юристов, когда готовятся документы, вносящие поправки в важнейшие законодательные акты государства, такой подход является недопустимым.
