Готовиться ли России к обвалу нацвалюты?
Чтобы покрыть дефицит бюджета России курс американской валюты должен быть куда более высоким и тут оценки экспертов разнятся — от 100 до 200 руб. Именно при такой стоимости доллара возможно сглаживание негативного эффекта от падения стоимости нефти. Для пополнения казны правительство вынуждено останавливать выбор на меньшем из зол — девальвации рубля, тратах резервов или наращивании государственного долга.
Когда-то в далеком 1998 году в середине августа тогдашний российский президент Ельцин сказал, отвечая на вопрос о возможности девальвации нацвалюты: «Не будет. Твердо и четко. Это все просчитано, ежедневно и под контролем проводится эта работа. Но по прошествии 3-х дней наступил дефолт — правительство отказалось от погашения внешних долгов, что стало причиной резкого падения нацвалюты. 15 августа стоимость доллара составляла 6,3 рубля, а к сентябрю — 9,3 руб. 9 сентября американец рванул за 20 руб.
Ситуация, которая имеет место сегодня, чем-то отдаленно смахивает на осень 98-го. Естественно, текущие финансово-экономические показатели на порядок лучше и России дефолт не угрожает — объем внешнего госдолга составляет $50,1 млрд при том золотовалютные резервы составляют $371,6 млрд. Но нельзя на сказать о проблемах с казной государства.
На текущий год федеральный бюджет верстали с учетом дефицита в 2,4 трлн рублей. Принимали его, надеясь, что баррель нефти Urals в среднем составит $50. При том, что, по подсчетам МЭР, если среднегодовая цена будет $40 за бочку, то это приведет к увеличению разрыва между доходами и расходами до 3,9 трлн рублей.
Чтобы покрыть бюджетный дефицит, используются средства Резервного фонда. Вся проблема в том, что он не бесконечен. За год финансовую подушку безопасности "вытрясли" на 36% — до 3,7 мрлн рублей.
Можно воспользоваться альтернативным способом получения денег — ослаблением рубля. Благодаря плавной девальвации, можно будет сгладить негатив эффекта от падения котировок нефти. И здесь логика отличается простотой: продажа углеводородов осуществляется за доллары; чем выше стоимость доллара — тем больший объем рублей окажется в казне.
10 февраля агентство Reuters, сославшись на осведомленные источники, сообщило о том, что в правительстве эта идея уже обсуждается. По словам пресс-секретаря премьер-министра Натальи Тимаковой, информация о подготовке девальвации - это «полная ерунда». Минфин и Центробанк подчеркнули, что не намерены оказывать никакого влияния на то, как и куда движутся валютные курсы.
Между тем правительство имеет мало пространства, чтобы маневрировать с максимальным успехом. По словам министра финансов Антона Силуанова, сегодня правительству нужно сосредоточиться на главных задачах - как сократить дефицит и как адаптировать бюджет к текущему экономическому положению. Если этого не сделать, по мнению чиновника, у России появятся все шансы снова оказаться в 1998 году — и тогда весь груз экономических проблем снова станет головной болью для граждан. Для сведения концов с концами, можно начать «проедание» Резервного фонда, взять в долг денег за границей, увеличить налоги, заняться распродажей казенного имущества или согласиться с девальвацией рубля. И неизвестно, что лучше или наоборот.
Уже к 2018 году у России есть все шансы остаться без денежной подушки безопасности - она попросту будет пуста.
В перспективе стране в любом случае придется решать проблему дефицита бюджета. Может быть, здесь поможет такой финансовый инструмент, как девальвация. Но по мнению ряда экспертов, власти уже согласились с обвалом рубля и вряд ли пойдут на его дальнейшее ослабление.
По мнению старшего аналитика инвесткомпании «Велес Капитал» Юрия Кравченко, по сути, правительство согласилось с девальвацией в тот момент, когда рубль был отпущен в свободное плавание. При нынешней цене на нефть для бюджета нужно, чтобы доллар стоит не меньше 90, а то и все 100 рублей. Но при такой цене за доллар инфляционные риски из-за настроений клиентов банков могут стать причиной роста социальной напряженности. Да и если цены на нефть упадут до 10-20 долл. за баррель, девальвация не решит проблем.
Как считает макроаналитик Райффайзенбанка Мария Помельникова, если котировки сохранятся на уровне $30 за баррель до конца года курс валюты вплотную приблизится к 90 рублям. В результате, бочка нефти будет стоить 2,7 тыс. рублей — с учетом экономии (10%-го секвестра) и этого хватит для сохранения Резервного фонда в этом году. По словам Помельниковой, сильно девальвирующий рубль нежелателен ни при каком развитии ситуации. Если $1 будет стоить выше 100 руб, возникнет угроза рисков для финансовой стабильности, инфляции разгонится еще быстрее, а это именно то, что ЦБ пытается предотвратить. В росте цен есть опасность и для Министерства финансов: ведомство будет вынуждено дополнительно провести индексацию социальных выплат и переоценку других расходов. Некоторым образом улучшить состояние бюджетных доходов можно было бы посредством умеренного ослабления рубля. Но при текущей цене на нефть рубль и так со временем скатится к 85 рублям за $1, а может, и еще ниже.
По мнению Юрия Кравченко, чтобы более эффективно бороться с дефицитом бюджета, необходимо грамотное сочетание целого ряда мер: повышение собираемости налогов, сокращение несоциальных расходов и наращивание госдолга. И не менее важно - их осторожное использование, с учетом мнения граждан и бизнеса.
Позиция, которую заняла председатель ЦБ Эльвира Набиуллина, говорит о том, что власти не заинтересованы в осознанном ослаблении нацвалюты. Наоборот, Россия нуждается в стабильном рубле. 11 февраля во время встречи с финансистами Набиуллиной были озвучены события, после которых можно ожидать снижения волатильности рубля.
Первое - интервенции — иными словами, продажа на рынок долларов, находящихся в золотовалютных резервах. Но Банк России уже не проводит их, отпустив рубль в свободное плавание. Последние интервенции ЦБ проводил в июле прошлого года. Притом, он не продавал доллары, а скупал их (160 млн - на то, чтобы пополнить резервы).
Второе, рост стоимости нефти. Тут прогнозы разнятся диаметрально: и падение до $30 и ниже, и рост до $70 за баррель. Рисковый сценарий ЦБ - это $25.
Третье решение связано с диверсификацией экономики. Оно, по мнению Набиуллиной, самое правильное. При снижении уровня зависимости России от нефти, рубль не будет скакать после каждого колебания цен на сырьё.
Идею о ом, что необходима диверсификация, уже давно - примерно с 2008 года и даже раньше - пытаются продвинуть с высоких трибун. Лечение от «голландской болезни» требует длительного времени и местами оно мучительно. Чем хуже обстоят дела на рынке нефти, тем чаще мы слышим призывы о том, что нужно развивать не добывающие секторы, а другие отрасли — сельское хозяйство, обрабатывающую промышленность, машиностроение, электронику и т.д.
Совсем недавно немецкая газета Handelsblatt взяла интервью у премьер-министра Дмитрия Медведева, в котором по его словам, экономику России невозможно изменить за 15-летний период. Её создавали более полувека. Как предупредил премьер-министр, если цена на нефть взлетит снова к $140, мы все снова расслабимся и тогда точно никаких реформ не будет. Нам нужно не терять надежды на то, что котировки останутся на низком уровне, — тогда власть будет располагать реальным стимулом для того, чтобы повысить экономическую эффективность. И тогда стабильность рублю обеспечит именно сильная экономика, а не рынок энергоносителей с присущей ему капризностью.
